Куда убегают эпохи, подняв воротник у пальто — нам не скажет никто
Привычка всё очеловечивать дарит надежду на чьё-то тепло
Но космический холод вонзается в глотку любимым тобою землянам
И нету других вариантов кроме того, что станет домом навеки земля нам
Опрокинувши горькой с угрюмым Степаном, вхожу в электричку до правды
В тамбуре мне продаёт сувениры та женщина, что быть актрисой могла бы
Но гордо застывший на сковородах её послеобеденный жир
Заставлял её верить: «Что кто не горбатился во время тот и не жил»
Я смотрю на мелькающий лес, обрамляющий мягко сонливость посёлков
Проводница заботливо кружит над нами, как будто над сотами пчёлка
И столько загубленных судеб кругом, что поверили в эту игру слишком сильно
В миру их встречает теперь ежедневно всего лишь проклятый будильник
Мы забылись и спим почему-то несясь в бесконечную гонку за выдумкой
На станции, где, покосившись ларёк меня звал, я немедленно выйду
Вдохну аромат ранней осени, и оторву номерок, что мне выдан
Я наверно уже проиграл эту гонку, а вон бегут, кстати, это не вы там?
Припрячу его на подкладку в кармане и стану участником соревнований уже послезавтра
Когда я забуду всю лёгкую мудрость преданий
Я вернулся на место в пропахший теплом и парами спиртяги вагон
Как мало на деле междучеловеческих связей способен увидеть закон
И пользуясь этим тут люди живут между процессуальных параграфов
Разводя на копейки тех, кто ожидает пособий и голос Малахова
И мы по примеру бесстрашных, тропинку избрали где те ещё риски
И без этого сложно понять, что это: жить по-российски
Я люблю эту лень и крестьянский авось, металлический рык заводчан
Тут не ставится в хуй суетливый движняк, что спать не даёт москвичам
Можно найти удивительный способ мышления даже среди ночных бабочек
И сколько левых на жителей из деревень тут оформлено банковских карточек
Я зомбирован клипами из-за бугра
Ну а кто то воинственным криком «ура»
И в принципе разницы нет это glock или это армейская там кобура
Нас затянет идеями в пёстреньких фантиках в новый забег за чужою мечтой
И так сложно порой оглянуться вокруг, и сказать себе: «стой»
[Припев: Аманит]
В душах место есть для надежды
Сохрани, помилуй нас, грешных
Льёт с неба вода и идут холода
Вдаль летят поезда как и прежде
В душах место есть для надежды
Сохрани, помилуй нас, грешных
Льёт с неба вода и идут холода
Вдаль летят поезда как и прежде
[Куплет 2: Horus]
За окном то ли Кинешма, то ли совсем безымянное нечто
И куда взгляд не кинешь грязные домики тянуться-тянуться тут бесконечно
Тихо терзает гитару десяток беспечных парней
В окошко смотрю как сгущается тьма над страною вечных огней
Диалог каблука и окурка, отношенья барака и вышки
Устав от всего пропаду в закоулках этой так называемой Кинешмы
Растянусь на прокрустовом ложе плацкарта, не взяв ничего кроме сидора
Утром разбудит опять проводница — хабалка наглее Колымского пидора
День холодный как тон прокурора, кофе в дурацкий стаканчик из пластика
Я вспоминаю Стругацких — как думал, что чёрных приход — это просто фантастика
Умереть или сдохнуть? Ещё не решил для себя окончательно
Баба в мохнатом платке на перроне предложит беляш с собачатиной
Нам сообщают что всё замечательно и это похоже на шизофазию
Ленина бюст голубями обосранный смотрит на нас, как на Буржуазию
Мерно колёса по рельсам стучат, тамбур воняет мочою и ганжей
Нам повторяли «Россия вперёд», но что впереди непонятно всё так же
[Припев: Аманит]
В душах место есть для надежды
Сохрани, помилуй нас, грешных
Льёт с неба вода и идут холода
Вдаль летят поезда как и прежде
В душах место есть для надежды
Сохрани, помилуй нас, грешных
Льёт с неба вода и идут холода
Вдаль летят поезда как и прежде